«Последний хохол» — фантастический фельетон

«Последний хохол» — фантастический фельетон

Автор данного материала обращает ваше внимание, что традиционное для русской классической литературы слово («хохол») носит строго юмористический оттенок и ни в коем случае не говорит о негативных чертах того или иного этноса или нации

Обычно я такое не пишу, но сегодня втройне актуально. Во-первых, на день смеха я придумал сей текст, аккурат после первого тура выборов, когда стало ясно кто станет президентом всея Укропии. Во-вторых, победа комика.

И в-третьих, это мой личный акт мести высмеиванию Республик со стороны Украины. А чего… им можно, а нам нельзя? Вспомните хотя бы «Гражданскую оборону» и «Антизомби» на «ICTV». Последние меня тоже упоминали. Итак, поехали…

Степан Остаповича надел свою самую дорогую вышиванку и даже выстриг забавный оселедець. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке, когда сидя в баре холла пил шотландский виски. Чёрт его дёрнул так вырядиться для события такого масштаба? Остальные лидеры стран были одеты обыденно: брюки, пиджак, рубашка и галстук. Даже восточные шейхи были облачены в приличные строгие костюмы. Ганна — дружина Степана Остаповича, строго настояла на этническом колорите и лично выбрала мужу сорочку.

Та й грець з ним! — подумал Степан — Аби не як москаль. Нехай бачуть, як треба одягатися.

Он махнул бармену и тот налил ещё один шот виски.

— Гидке пойло. — подумал Степан. — Зараз би моеї горілочки.

Телевизор над стойкой снова начал тараторить о событиях последнего месяца.

— Напомним. — сказал ведущий. — Сегодня в Гааге состоится первый контакт с внеземным разумом, который сообщил о своём прибытии прямо с гелиосферы Солнечной системы.

На экране в очередной раз стали показывать местоположение автоматической межпланетной станции «Вояжёр-1», который судя по сигналу и был обнаружен пришельцами.

— 20 мая 2077 года, на борту межпланетной станции, находилась золотая пластинка, включающая в себя несколько разделов. Первый раздел содержал приветствия на 55 языках, в том числе на 6 древних (шумерский, аккадский, хеттский, арамейский, древнегреческий, латынь), 10 южноазиатских, 4 китайских диалекта, русский, украинский, армянский и прочих языках.

При упоминании украинского языка, Степан почувствовал внутреннее тепло, казалось исходящее из недр его украинской души. Степан и не подумал, что так о себе даёт знать виски плескаясь о стенки его желудка. Но мозг наивно полагал, что это жар его пылкой души патриота.

— Второй раздел, — продолжал телевизор. — Содержит в себе музыку разных стран и фотографии этнических нарядов прошлого.

— От воно! — подумал Степан. — Саме цому я й вдягся як подобає справжному українцю. Усi будуть однаково вдягненi, а мiй оселедець брибульцi помiтять та запам’ятають.

— Инопланетный разум, — добавил закадровый голос диктора. — Прислал нам ответ на тех же 55 языках, что и были в земном послании. Посему, на первый контакт были вызваны представители всех носителей языков. Немцы, японцы, русские, — начал перечислять диктор. При упоминании украинцев в сердце Степана снова защемило от гордости, и он потребовал у бармена добавки.

— Эх. глубоко вздохнул Степан в мыслях. — Можливо прибульцi розпорядяться повернути нам Сибiр, Кубань та Аляску…

— Скучаете? — перебил его мысли подсевший мужчина в тёмном костюме. Он был смуглый, крепкого телосложения, с длинными волосами и без единого намёка на щетину. «Iндiанець» — решил Степан и заметил в обращении подсевшего нотки американского диалекта.

— Да как-то не скучно. — ответил Степан и удивился как легко он перешёл на английский. Не зря родители, будучи чистыми украинцами, позаботились о благополучии подростка Стёпы и отдали его в американский колледж.

— Видите, переживаю, вот и пью виски вместо горилки.

— Так Вы украинец? — радостно удивился индеец. — А я и думаю, чья это такая народная рубаха на вас. Знаю-знаю, пить перед важным событием — традиция всех ваших президентов. Она вроде бы ещё от Петра Алексеевича пришла. Ходят слухи, что к нему от Ельцина, а Ельцину от Горбачёва.

— Хм, — возмутился Степан. — Нет у нас такой традиции.

— Да Вы не сердитесь. — успокоил индеец. — И не стоит так переживать. От нас с Вами всё равно ничего не зависит. Нас позвали только потому, что в ответе пришельцев были наши с Вами языки и этнические атрибуты. А так, максимум 15 президентов приехали бы, и всё.

— Та що Ви таке кажите? — от удивления Степан, как и прежде, даже перешёл на мову и позеленел как львовский помидор. Но услышав себя исправился и возразил уже на английском. — Вы, конечно, можете говорить за себя, но украинский народ — один из самых…

— Да какой народ! — перебил индеец. — Ваш народ ничем не отличается от нашего. Те же обещания что и у нас 300 лет назад. Какие-то бумажки да обещания, слова о светлом будущем. Но вместо этого вас загнали в резервацию, и Львов назначили столицей, а остальные территории осталась у русских. Хотя, США и пытались забрать их себе.

Всё незалежне нутро Степана забурлило как крутой кипяток, а в голове бегали слова великого Виктора Ющенко.

То це ж агент Кремля! — молнией промелькнуло в голове Степана, и он решил показать индейцу всю свою ширу душу истинного украинца. Но всё же его острый ум президента решил оставить огонёк на потом.

— Вы не правы. — успокаиваясь сказал Степан. — Украинцы — избранный народ. И как любой другой древний народ, мы переживаем своё перерождение. Мы — народ без страны, как когда-то были евреи. Но запомните мои слова: Украина раскинется от Закарпатья, до Волги и будет иметь законную колонию в Сибири.

Индеец захохотал:

— Да вы в своём то уме, господин Степан? Вижу, виски подействовало на вас самым зловещим образом.

И тут Степан решил выплеснуть на индейца весь свой огненный пыл широго украинца, ибо древний укр пробудился из спячки.

— Ти пихатий незграба! — поднял голос Степан, и весь персонал холла повернул головы в его сторону.

Однако, в этот момент из динамиков оповещения донеслось приглашение в зал Первого контакта.

Степан поднял голову вверх и мигом забыл про заготовленный для индейца монолог.

— Ну, приятно было пообщаться. — закончил за него индеец, похлопал Степана по плечу и двинулся на встречу с пришельцами.

Степан не ожидал такого поворота, и всё ещё чувствовал снисходительный хлопок индейца у себя на плече. Он словно крапивой жёг кожу и распространялся метастазами по телу. Жжение становилось реальным и хотело забраться всё глубже аж до самого пылкого сердца Степана, чтобы выжечь из него всё самое родное и чистое.

— Нi, — подумал Степан. — Який мерзотник.

Это ударило по его самому больному месту — по самолюбию. Степан и думать не мог, что какой-то индеец — низший чин в иерархии, может так вольничать.

— Ну який нахаба. — подстёгивал себя Степан. — Потiм треба про це розповiсти Джорджевi.

Зал для Первого контакта в кратчайшие сроки был оформлен в стиле раннего хай-тека с примесью футуристических ноток. Ходили слухи, что для этого наняли украинских гастарбайтеров. Но, разумеется, таким образом кто-то просто пошутил и внёс в мировой ажиотаж вокруг пришельцев нотки юмора. Впрочем, на каждом континенте и даже в каждой стране, шутка была исполнена на своей собственный манер. В США утверждали, что это были «латиносы», в Африке — сомалийцы, в России — узбеки, ну а в Европе — украинцы. Степан, разумеется, верил в сетевой вброс и конечно же гордился своими земляками.

От такого великолепия у Степана захватывало дух.

«Ось це по-нашому — думал он. — Коли прибульцi побачать, то вони одразу визнають нас рiвними собi.

Когда Степан увидел висящие под куполом флаги наций, в глаза первым делом бросался его родной жовто-блакитний флаг. При виде сего зрелища, у Степана снова зажгло в области сердца. Он снова подумал о предстоящем событии и казалось впадал в экстаз. Но только когда заиграла приветствующая музыка, Степан полностью потерял контроль над своими чувствами, и в его глазах потемнело.

На него оглядывались и хихикали. Над глазами виднелись флаги наций, освещаемые ярким светом софитов.

Шо це було? — спросил Степан стоящего над ним медика.

— Не понял. — на английском спросил медик.

— Ой, простите. — суетливо приподнимаясь на локти ответил он на английском. — Что произошло?

— Всё в порядке. Вероятно, Вы много выпили и у Вас повысилось давление. Пришельцев ещё не было. Если хотите, мы вас доставим в больницу.

— Нет, нет… Не стоит. — испугался Степан. — Я в норме. Не ну…— перебила Степана приветственная мелодия и он умолк.

В зал вошли два ядовито-синих великана. Их чешуя была похожа на ту, о которой читал Степан в книжках ещё будучи юношей. В тот день, когда ему подарили эту книгу, судьба Степана была предопределена ещё до его совершеннолетия. Его помазал быть президентом сам госсекретарь американских побратимов. Поэтому книжка про украинского драконоборца, радовала молодой дух сильнее других украинских произведений.

Великан зашёл за жёлтую кафедру, и Степан тут же уловил сходство двух цветов до боли похожих на украинский флаг. Восторгу Степана не было придела. Он и подумать не мог, что сообщество наций сделает такой комплимент его Державе установит кафедру именно такого оттенка.

— Ось це воно. — подумал Степан. — Ось це нас так шанують.

Великан покрутил микрофон, поправил на шее какое-то устройство, видимо переводчик, и начал говорить женским голосом используя английский. Видимо, пришельцы не видели разницы в человеческих полах и от того не придавали этому значения. Благодаря высокому женскому голосу, огромный пришелец выглядел смехотворно.

Однако, через пару секунд, к инопланетному дипломату подошёл второй пришелец и что-то сказал тому приблизив голову к его затылку. Посол что-то пощёлкал на устройстве и продолжил уже мужским приятным тембром.

— Я рад что наши цивилизации наконец встретились спустя 3600 лет. Ваш вид знает меня как шумерского бога по имени Энки. Это мы породили человечество, когда прибыли на вашу планету. Мы вывели ваш вид добавив всего одну хромосому, тем самым создав для себя рабов. Я и моя подруга Нинкурсак, были против вашего порабощения, но мой брат Энлиль, будучи верховным императором планеты Нибиру, настаивает на обратном. Близится час, когда спустя 3600 лет Нибиру снова будет проходить возле Земли. Это нормальный цикл движения Солнечной системы, и Нибиру обычно сокрыт от глаз ваших астрономов. В поясе Койпера и облаке Оорта солнечный свет недосягаем.
Близится день, когда император Энлиль сойдёт на Землю и возобновит миссию порабощения. Но надежда на спасение есть.На вашей планете остались наши наместники, единственные кто может помешать Энлилю осуществить зловещий акт порабощения. Они наиболее близки к геному нашей расы ануннаков.

Однако, наши наместники не почитаются вами и их происхождение забыто. Это они построили Вавилон и создали шумерскую культуру. Именно они создали колыбель цивилизаций, строили пирамиды и выкапывали целые моря. Вы их привыкли знать, как украинцев.
От такого откровения сердце Степана начало выстукивать гимн Украины, а перед глазами замелькала икона Кобзаря. Его чувства вскарабкались на самую вершину Говерлы, где звучат гуцульские трембиты и шумят зелёные смереки.

«Я завжди знав це.» — подумал Степан. — «Я нiколи в цому не сумнiвався.»

— Но, — продолжал ануннак. — Украинцы, они же укры, сами позабыли своё происхождение. Они стали жадными и хитрыми. Всё что осталось от великих укров — это их древний дошумерский наряд. В своей вышиванке они пьют горилку и едят сало — грязный продукт жизнедеятельности свиней. Они опорочили себя, поэтому, лишь единицы достойны зваться украми.

— Пане Степане, — перешёл на украинский язык ануннак уже не используя переводчик — Вам не соромно?

Его собственный голос был ещё звонче и приятнее. Украинский акцент в меру шипящий и в меру твёрдый.

Степан подумал, что если закрыть глаза, то голос ануннака не отличить от рядового львовянина. Он был свой. Он был творцом и праотцом украинцев.

— Однако, — продолжил на английском Энки. — среди украинцев есть достойный лидер. И, как не странно, он занимает должность лидера нации. Он последний из истинных укров. Он способен повести весь мир за собой. Он избранный.

— Пане Степане, — указал он в сторону украинского лидера. — Весь мир возлагает на вас свои надежды.

Челюсть наглого индейца отвисла. Глаза американского президента, казалось, вывалятся из орбит, а Путин младший затрясся как вибратор жены Степана.

— Выйдите сюда пожалуйста, — жестом пригласил Степана пришелец. — И займите своё законное место подле меня как равный.

Степан не мог поверить в происходящее, а в его голове крутились обрывки из истории Украины.

«Отакої. — подумал Степан. — Виходе, усi iсторики мали рацiю, а клятi москалi смiялися та риготали над iстiною. Не маю поняття, як зараз себе вiдчувае Путiн молодший. Мабуть його батько зараз тричi перевертається у свеї трунi.»

Но Степан всё же собрал всю свою силу воли в кулак, и сделал шаг на встречу будущему всего человечества. Ноги словно налились тяжёлой ртутью, а голова, казалось, была не в состоянии обработать необходимую речь.

Шчо їим сказати? — думал Степан. — Що в таких випадках казали мої далекi пращчури? Я зовсiм на них не схожий та випив забагато шотландської борматухи. Та й грець з ним! Слова самi лунатимуть по вухах тих незграб. Вiд тепер я наймогутнiша людина. Могутнiше самого Путiна та Байзерда разом складених.

Он вышел в центр зала, поправил рукава вышиванки и протянул руку пришельцу.

Энки протянул свою шестипалую руку Степану, и ухватившись за чешуйчатую ладонь, украинский лидер увидел завистливые взгляды представителей 55 стран.

Это был фурор. Это был экстаз украинской мысли. Степан был готов не мыть руку всю свою оставшуюся жизнь и снова ощутил горячий холодок в своём сердце.

Степан на столько ошалел, что в его глазах потемнело и он снова упал в обморок.

***

— Батьку, батьку! Прокидайся. — трясла за плечо Степана его маленькая Фая. — Тебе дядько Кшиштоф кличе.

Степан потёр глаза и окинув взглядом длинный барак спросил Фаину: А де прибульцi?

— Якi ще прибульцi? Бiжи скорiш до Кшиштофа. Ти хочеш щоб нас депортували? Там полуницю збирати вже пора.

Степан снова окинул барак взглядом, и увидел с два десятка сколоченных из досок нар и начал понимать в какой действительности находится.

— Ох и насниться ж таке страхiття. — сказал Степан и пошёл на поле собирать клубнику для польского хозяина.

Остальные украинцы давно уехали за лучшим заработком в ненавистную Россию, и только Степан был предан традициям своей семьи. Он был последним, кто остался работать в Польше. Он был последним хохлом.

Источник: rusvesna.su

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован.

17 − семь =